КаталогЗакарпатская живописьКонтактыArt Vista Club
Art Vista Club
МИСТЕЦЬКИЙ ПРОЕКТ і КАТАЛОГ "Осінньо-літні мутації: "Сни про Дрезденську Галерею" Є. Матвеева / Ю. Новикова"
Искусствоведческая статья О.Сидора-Гибелинды

З.Рашдорф: Моя встреча с первым президентом Украины - Леонидом Кравчуком

Get the Flash Player to see this player.


Одна история Закарпатья.

Get the Flash Player to see this player.


Get the Flash Player to see this player.


Get the Flash Player to see this player.


Олег Сидор-Гибелинда

Осенне-летние мутации: "Сны о Дрезденской Галерее" Е.Матвеева / Ю. Новикова.

Едва не весь XX век прошел под знаменем пренебрежения к музейным учреждениям. Футуристы и Валери, Пролеткульт и Мао, Бернгард и Бреннер - кто только не кощунствовал на этих благородных просторах, вдохновляясь очередной разновидностью радикального. А впрочем, европейский авангард и начался из музейной реминисценции, которой был "Завтрак на траве" Мане - переосмысленная композиция Рафаэля Санцио. Зато следующий шаг, которым была "L.H.O.O.Q." Марселя Дюшана, усатая Джоконда (на другой чашке весов - поступок арабского переводчика, который "лишил" усиков героиню Толстого, лишь бы не шокировать отечественного читателя), поставил крест на дальнейших аллюзиях, выведя художника на дорогу чистого эксперимента, откуда изредка Пикассо и Дали спадали на окольные пути пародирований, среди которых - "Менины" и "Анжелюс", неузнаваемые и неучтивые (Рене Магритт просто "в гробу видел" мадам Рекамье). С приходом в мир постмодерна что-то начало меняться, и пафос наследования, в конце концов, вытеснил "презумпцию непохожести".

Мутации, содеянные за несколько летних месяцев 2005 г. двумя известными украинскими художниками Евгением Матвеевым и Юрием Новиковым над 21 произведением - за небольшими исключениями, из собрания Дрезденской галереи, как оказалось, не отворачивают нас от шедевров прошлого, а возвращают нас на орбиту их многозначности. Мы становимся свидетелями положительного обогащения первоисточника, пронизывания его плоти токами актуальности. Обновление классического достигается с помощью "классического другого", которым является малярное творчество Западной Европы, начиная со 2-й половины XIX ст. - т.е. именно с "Завтрака на траве", здесь, правда, он отсутствует. Собственно классическое искусство прошлого, "золотой век живописи" (XVI-XVIII ст.) - казна матриц, ископаемое целебных схем "for all seasons". Радостная узнаваемость дремлет в каждой линии Веласкеса, Тициана, Вермеера Дельфтского, чего не скажешь о Поллаке, Уорхоле или Сандро Киа, которых узнаешь в целом, а не по отдельным кускам.

Дело не только в не сопоставлении имен - дескать, за когтем вижу льва, а не львенка (окончательное перераспределение арт-ценностей впереди!), но и в принципиальной разности между живописью классической и модерной. За первым признаем структурно-определяющие добродетели, второе годится как строительное сырье, происхождение которого - на конечной остановке - не всегда можно определить "в точности к автору". Тогда как - сияют нам через мглу столетий... картины-сны, полотна-миражи, создающие мечты маяки: "Портрет Саскии"... "Адам и Ева"... "Свадьба Рахили с Иаковом"... "Инфанта"... "Венера во сне"... выскальзывают из объятий Морфея, мешаются с явью, будто в миг пробуждения, когда обломки ночной мечты тают в рассветном луче, а под медовыми веками очерчиваются формы будущего...

Или так: картины, увиденные взглядом Predator'a (из фильма МакТирнена со Шварцем), Хищника, лишенного агрессии, вместе с тем наделенного жадностью эстетичных впечатлений. Наши шедевры покажутся ему загадочно-беспорядочной мешаниной пятен - и чуть ли не такими есть планеты Пуссена, Веласкеса, Рембрандта, если нам взглянуть на них вплотную, впихнувшись носом в фактурное кружево каждого с авторов? Абстракционизм родился задолго до Кандинского - так почему же не подвергнуть испытанию Василием Васильевичем какой-нибудь портрет Дюрера? Вот так, благодаря "выборочной родственности" живописи, и Ван Дейк вторично рождается в Ван Донгене, Раушенберг находит себя в Тициане - и наоборот, романтический "Жираф" (наиболее низкая хронологическая граница "классиков второго призову") отображается в "медалисте" Боттичелли. Небо импрессионистов светит ребятам из Ренессанса. И вихри Винсента обновляют изначально флегматичную ведуту Белотто. Впрочем, и "старые мастера" взяты Матвеевым/Новиковым не позарез живьем, а отчасти - фрагментом (Пальма Веккио), отчасти - соединением створок диптиху (Лукас Кранах). Благодаря этому с известного нам, чересчур известного произведения поразительно сползает хрестоматийная позолота. Тучная поверхность картины пестрит язвенным мазком. Голос кисти пробивается сквозь толстую кору упроченной интерпретации. Ведь мы знаем хорошо картины Дрездена - кто с сотен тысяч репродукций, распространенных в СССР, кто из выставок-визитов, которые приезжали сюда - скажем еще в середине 1980-х (припоминаю паломничество киевских студентов к Пушкинскому музею в Москве), а ветераны-музейники помнят, что полстолетия назад какая-то частица этих полотен была на реставрации в Киевском музее западного и восточного искусства, - итак, знание наше нуждается в определенном всплеске обновления, лишь бы не разлениться. Впрочем, бояться не стоит: наши художники этого не допустят!

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Притча напоследок. То ли Венере Джорджоне снятся Юра с Евгением, то ли Евгений с Юрой спят и видят во сне Венеру, написанную мастером Барбарелли да Кастельфранко. Вдумчивый зритель посвящен во сны их всех.

© 2006 Все права защищены Зигхард Рашдорф. Разработка сайта - CodEX World Studio